Те, кто видел комедию «Старики-разбойники», прекрасно знают, что «люди делятся на тех, кто доживает до пенсии, и на остальных», а пенсия – это «сумма денег, которую безвозмездно выплачивают в период между окончанием работы и окончанием жизни». Заметим также, что далеко не все спешат попасть в это «между», в этот противоречивый временной зазор. Бывает ведь как, здоровье пусть не ахти какое сибирское, но барабан зовет, а помирать нам еще рановато. К тому же внуки учатся, им помощь нужна, потом до свадьбы их дожить бы, а там и правнуков не грех дождаться. Если еще и на службе уважают, так сам бог велел трудиться. Вот прямо вплоть до первого правнука. Правда, не каждый хочет понять, что торжественные проводы на пенсию – все-таки, прежде всего, ритуал. И всю похвалу, вольно и невольно произнесенную коллегами «далекопредпенсионного» возраста, дабы выдержать этикет, принимают за чистую монету. Вот и герой Евстигнеева, инженер Воробьев, решил остаться. «Маша, поздравь! Они меня не отпустили, – жена, понятно, ахнула, сердце-то у старичка больное, а тот пояснил: – Сам референт министра приехал сказать: «Какие могут быть успехи у «Промстальпродукции» без вас».

Это было давно, в тот застойный период, когда деревья были большими, а сегодняшний народ – маленьким советским человечком. Вот случись те события сегодня, у наивно-оптимистичного инженера и его друга, добродушного следователя Мячикова, наглухо застрявшего в лейтенантах, была бы надежда. Лет, как минимум, пять обещают в недалеком будущем добавить страждущим для светлого труда. Чтобы Америку обогнать, и Германию тож. А что сердце шалит, так медицина поможет, у них ведь тоже работников прибавится за счет пополнения. Получается, что пенсий на порядок меньше страна будет выплачивать. А это бюджет. Информагентства уверяют, что средняя пенсия превысила 14 тысяч. Это что, с учетом январской пятитысячной выплаты? Если их умножить на количество не вышедших на пенсию, да еще раз потом приумножить...

У каждого есть знакомые, кто может сказать: у нас семейство долгожителей. Вот таким генетическим долгожителям, может, и повезет. И, напротив, мало кто рад признать, что у него долгожителей не имеется: чаще оно, сердце – там остановилось, там разорвалось. Между тем, таковым несть числа. Не хочу быть жестокой, но придется: пенсий действительно станут выплачивать порядка на два меньше. Потому как кто-то не дотянет. Поневоле вспомнилась постсоветская «классика»: «Ничего страшного в том, что часть пенсионеров вымрет, зато общество станет мобильнее» - простая в своей неприкаянной циничности фраза стала достоянием гласности и приписывается внуку Аркадия Гайдара. Говорят, незаслуженно. Во всяком случае дошло до суда, который уже давным-давно постановил сих страшных слов почем зря не приписывать. Нет сомнений, что великий реформатор произнес нечто, призывающее к победе развитого капитализма, и оговорился, мол, на войне как на войне, не без потерь. А истолковали егор-гайдаровский посыл слишком утрированно, причем не со зла, а в целях упростить, чтобы не было кучерявости.

Истории такие примеры известны. Та же легенда о Марии Антуанетте. «Если у них нет хлеба, пусть едят пирожные». Произносила ли то Антуанетта, и как оно звучало дословно, теперь не разберешь. Но были те, кто донес роковое слово до народа кому-то в угоду, и королева поплатилась красивой головой за легкомыслие. В голодное время такое не прощается.

Есть и такие, кто скрупулезно высчитывает, сколько лет пенсионер прожил после выхода на заслуженный отдых. И бывает, что много. Один скажет: ишь, как долго ему пенсию платили из наших налогов. Кто-то скажет: счастливый человек. И будет прав.

Чем дольше человек трудится, тем дольше чувствует себя молодым. Государство это знает. Разве оно не за повышение уровня продолжительности жизни? Кто скажет, что нет, бросьте в меня камень.

Счетчик посещаемости и статистика сайта